Skip to content

О БОЛЬШЕВИЗМЕ И КОММУНИЗМЕ

Ильин И. А. - Собрание сочинений

БОЛЬШЕВИЗМ И КРИЗИС СОВРЕМЕННОГО ПРАВОСОЗНАНИЯ

ι

Всегда и везде правосознание составляет реальную и священную основу общественного бытия и государства. Трудно себе представить человека, начисто лишенного правосознания. Каждый, кто бы он ни был, обладает правосознанием совершенно независимо от того, знает он об этом или нет, умеет дорожить этим своим духов­ным наследием или относится к нему с пренебрежени­ем; — его имеет каждый, кто живет и знает, что кроме него есть на свете и другие люди. Ибо право есть незри­мо присутствующая и объективно существующая 1рань, отделяющая один живой человеческий дух от другого и в то же время соединяющая их.

Люди, как правило, не замечают правосознания и не воспитывают в себе его правильный духовный ритм, вследствие чего оно часто кажется им беспочвенным и бессильным, легко утрачивает свою истинную цель, пульс его жизни нарушается, а дух становится жертвою дурных страстей. Духовно же здоровому человеку свой­ственно явное убеждение в том, что во взаимоотноше­ниях людей можно и должно различать объективно вер­ное поведение от объективно неверного, т. е. что на са­мом деле существует объективно действующая и правед­ная грань человеческой свободы, которая определяет, что должно, что можно, чего нельзя в плане человече­ских желаний и возможностей. Ощущение, пусть даже смутное, этой объективно действующей грани, диктуе­мое собственным опытом, есть первичный феномен пра­восознания.

Если подходить к этому ощущению осмотрительно и внимательно, постоянно и с толком превращать его в данность, подкреплять и упражнять его, то зарождается своего рода духовная функция, которую можно назвать правовою совестью, или голосом здорового, нормально­го правосознания. Нетрудно догадаться, что правосозна­ние в человеке наличествует всегда; что данные его име­ют определенное, стойкое содержание; что оно имеет во­левую природу; что из-за своей предметности оно обле­кается в форму единой высшей цели и как своеобразный духовный опыт обладает верной, соответствующей ему структурой духовного акта, которая при овладении ею ведет исследователя прямо к исследуемому предмету.

Вся общественная жизнь — сознательно или бессо­знательно — пронизана и движима правосознанием, посредством его связуется и реализуется; ибо в стихии правосознания осуществляется любой заработок и лю­бая покупка, равно как и клевета, измена Родине и гражданская война; хотя патриотический подвиг и подлое преступление далеко не равнозначны. Значит, перед каж­дым человеком, перед любым народом и перед всем чело­вечеством стоит задача — выработать в себе нормальное правосознание и сделать это на основе полной отдачи себя объективной правовой целесообразности, на основе духовно-автономного самообладания, на основе твердых убеждений, правильных понятий о чести, свободе и справедливости. Бывают времена, когда и все общество, и государство делают в этом направлении большие сдви­ги. Но беда, если этот процесс остается лишь внешним и поверхностным, если он не закрепляется в глубинах души, на том фундаменте ее, который и есть иррацио­нальная духовность человека, или если эта неосознанная духовность охвачена смутой либо разложением! Тогда между поверхностной гражданской цивилизацией и глу­бокой политической культурой появляется трещина; правовая жизнь мелеет, формализуется и сводится к чи­сто внешним процедурам и механизмам. От поколения к поколению передается все более вырождающийся пра­вовой опыт; человек привыкает воспринимать право как нечто внешнее, формальное, насильственное; постепен­но утрачивается уважение и доверие к праву; а если и ведется борьба за право, то не за содержательную и предметную справедливость, а за внешнее навязывание своей власти и упрочение своего влияния. Тогда право­вая жизнь вырождается, лишается своей духовности, раз­венчивается, теряет свой чистый источник, свою основ} и свою воспитывающую и дисциплинирующую мощь

Право остается без духовного наполнения и живитель­ной силы, постепенно превращается в свирепую власть и дезорганизующее насилие.