Skip to content

Диалектическое строение капитала К. Маркса — Глава 3

К содержанию: Диалектическое строение капитала К. Маркса

 

ДИАЛЕКТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ПОНЯТИЯ О ТОВАРЕ И ПОНЯТИЯ ОБ ОБЩЕСТВЕ ТОВАРОПРОИЗВОДИТЕЛЕЙ, КАК ПЕРЕХОД КАЧЕСТВА В КОЛИЧЕСТВО И КОЛИЧЕСТВА В КАЧЕСТВО

Диалектическое развитие понятия об общественных отношениях товарного производства и отражение этого развития в диалектическом развитии понятия о товаре происходит в форме и при посредстве непрерывно происходящих качественных изменений формы понятия об обществе и формы ценности. Однако эти изменения, прежде чем они достигнут известного уровня, оставляют неизменной общую форму понятия о ценности и о товарном обществе, приобретая значение лишь особых изменений, знаменующих собою лишь ту или иную количественную ступень в развитии данного понятия. Качеств©’ непрерывно переходит в количество.

Это продолжается до тех пор, пока на известной ступени развития количественное изменение одних элементов общей формы понятия в одну сторону, других—в другую не станет означать качественного изменения самой общей формы. Количество, таким образом, переходит в качество.

Общее понятие об общественном производстве есть понятие о производстве потребительных ценностей, обладающих различным значением в зависимости от их качества. С возникновением понятия о товарном производстве оказывается, что потребительные ценности, производимые в обществе товаропроизводителей, суть ценности. Как ценности, они одинаковы друг с другом. Они лишаются, как ценности, своих качественных различий. Как ценности, они могут отличаться друг от друга лишь по количеству, как различные суммы ценности. Качество, таким образом, переходит в количество.

Все развитие понятия об обществе товаропроизводителей находит себе выражение в развитии форм ценности, т. е. в развитии процесса превращения всех качественных отличий в безразличные количественные различия. Этот процесс превращения качества в количество приводит, в конце концов, к понятию о превращении товарного производства в его наиболее развитой капиталистической форме в непосредственно общественное производство потребительных ценностей. Происходит обратное превращение количества в качество.

Первой формой ценности является простая, единичная форма ценности. Известное количество товара, скажем, 10 метров холста, приравниваются известному количеству другого товара, скажем, 1 сюртуку.

Однако мысль о том, что известное количество одного товара равно известному количеству другого товара, включает в себя, как уже неоднократно упоминалось, не только мысль о том, что данный товар, например, тот же холст, равен сюртуку, но и мысль о том, что холст равен, например, пшенице, водке и т. д.

Всякое новое выражение для ценности холста означает по существу возникновение и развитие зародышей понятия о новой, качественно иной форме ценности, именно о полной развернутой форме ценности. Однако до тех пор, пока в результате повторений единичной формы ценности не возникает понятия о том, что ценность холста находит себе выражение во всей совокупности других товаров, а не в том или другом отдельном товаре,—до тех пор повторное выражение ценности во все новых и новых товарах имеет значение лишь увеличения числа выражений ценности холста в простой единичной форме. Таким образом качество первоначально переходит в количество. Лишь достигнув известного размера, эти количественные изменения переходят в качественные. Простая форма ценности превращается в полную, развернутую.

Далее, если речь идет не о случайном обмене холста на всю совокупность других товаров, но о развернутой форме выражения его ценности, то тем самым предполагается, что обмен холста на вое остальные товары имеет место неоднократно. Это изменение понятия о развернутой форме ценности имеет непосредственно характер количественного изменения. Хотя в нем и скрывается в зародыше переход к новому, качественно иному понятию о ценности, а именно к понятию о всеобщей форме ценности, однако здесь качество переходит в количество.

Если неоднократный обмен холста на все другие товары представлять себе, как постоянное явление, то, тем самым, холст понимается, как вещь, обладающая значением всеобщего эквивалента тех товаров, которые на него обмениваются, а потому, как вещь, имеющая значение всеобщего эквивалента для своего владельца. Возникает качественно новая, всеобщая форма ценности. Количество переходит в качество.

Далее, понятие о всеобщей форме ценности товара означает, что товар, например, холст, есть всеобщий эквивалент для своего владельца. Но это понятие в той же мере означает, что и любой другой товар, например, пшеница и водка, суть всеобщие эквиваленты для своих владельцев.

Пока в качестве всеобщих эквивалентов мыслятся лишь несколько отдельных товаров, до тех пор это—рост числа выражений всеобщей формы ценности. Это—лишь количественное изменение, хотя в нем и содержится уже в зародыше необходимость перехода к денежной форме. Иначе говоря, эти изменения имеют по существу качественное значение, но качество здесь переходит в количество.

Однако, если из понятия о всеобщей форме ценности следует, что не только данный товар (холст) имеет значение всеобщего эквивалента, но что такое же. значение имеет и любой другой, третий и т. д. товар, то, значит, каждый товар имеет значение всеобщего эквивалента.

Последнее же, как показано выше, предполагает, что только-один единственный товар непосредственно имеет значение всеобщего эквивалента, все же остальные товары непосредственно лишены этого значения и приобретают его лишь посредством обмена на единственный всеобщий эквивалент, на деньги.

Таким образом, возникает понятие о качественно новой форме ценности, понятие о денежной форме. Количество, таким образом переходит в качество.

Все предыдущие формы ценности, простая, развернутая и всеобщая, уже были зародышами понятия о денежной форме ценности, несовместимой с непосредственным обменом товаров друг на друга. Поэтому их развитие и привело к понятию о деньгах. Однако все предшествовавшие формы понятия о ценности были понятиями о непосредственном обмене товаров друг на друга.

Качественное различие одной формы от других непосредственно означало лишь большее или меньшее развитие понятия о непосредственном обмене товаров друг на друга, т. е. имело лишь количественное значение.

Качество, таким образом, непрерывно превращалось в количество, пока, наконец, из этого количественного развития не возникло понятие о денежном обмене. Количество, таким образом, перешло в качество.

Новое качество обмена, однако, заключается в том, что всякий товар посредством обмена оказывается деньгами, т. е. лишается всех своих особых качеств. Все товары оказываются лишь известными количествами денег. Новое качество обмена, таким образом, заключается в том, что количество переходит в качество.

Первой особой формой понятия о деньгах является понятие о мериле ценности и о масштабе цен. Это понятие означает, что товар приравнивается в сознании товаропроизводителей к известному количеству денег. Однако, если деньги действительно мыслятся, как мерило ценности и масштаб цен, то, тем самым, мыслится не единичное и случайное приравнивание товара и денег, но их неоднократное приравнивание друг другу.

Понятие о различии между однократным и многократным приравниванием товаров и денег есть непосредственно понятие лишь о количественном различии. Хотя переход к понятию о многократлом приравнивании товаров и денег уже скрывает в зародыше переход к понятию о новой, качественно иной форме денег, а именно к понятию о средстве обращения,—однако качество здесь переходит в количество.

В конце концов многократное приравнивание товаров к деньгам следует понимать как приравнивание товаров к деньгам, во всех случаев обмена. А это, как показано в предыдущей главе, предполагает деятельность денег, как средства обращения.

Таким образом, если переход понятия о приравнивании товара деньгам в понятие об их многократном приравнивании друг другу означал переход качества в количество, то переход понятия о многократном приравнивании товаров деньгам в понятие о приравнивании их во всех случаях обмена означает переход количества в качество, возникновение новой, качественно иной формы понятия о деньгах, а именно, понятия о средстве обращения.

Понятие о деньгах, как средстве обращения, означает, что товар в обмене превращается непосредственно не в другой товар, но в деньги. Лишь деньги вслед затем превращаются в другой особый товар. Однако отдельный случай превращения товара в деньги и денег в товар не означает еще, что деньги уже обладают значением средства обращения.

Понятие о деньгах, как средстве обращения, предполагает не однократное, но многократное превращение товаров в деньги и денег в товары.

Различие между однократным и многократным обменом товаров на деньги и денег на товары есть количественное различие. Хотя переход к понятию о многократном превращении товаров в деньги и денег в товары и содержит в зародыше переход к понятию о новой денежной форме, а именно к понятию о сокровище, однако качество здесь еще переходит в количество.

Однако, если товары не случайно превращаются в деньги, но деньги действительно играют роль средства обращения товаров, то многократное превращение товаров в деньги и денег в товары следует понимать в том смысле, что обмен во всех случаях его осуществления протекает именно в этой форме. Различие между многократным превращением товаров в деньги и денег в товары с одной стороны и осуществлением обмена в этой форме во всех случаях обмена—с другой, непосредственно также есть лишь количественное различие. Однако превращение товара в деньги во всех «случаях обмена предполагает, что у товаропроизводителей имеются денежные запасы, сокровища, при посредстве которых они покупают необходимые им товары в тех случаях, когда они одновременно с этим не продают своего собственного товара.

Так возникает понятие о деньгах как сокровище. Количество снова переходит в качество.

Если роль денег в обществе понимается, как выполнение ими роли сокровища, то это значит, что деньги в форме сокровища накоплены не у того или другого отдельного лица; а у многих лиц.

Различие между накоплением сокровища в одних руках и в руках многих лиц—есть количественное различие. Хотя в переходе к понятию о накоплении сокровищ в руках многих лиц и содержится уже в зародыше переход к новому, качественно иному понятию» о деньгах, а именно к понятию о деньгах как платежном средстве, однако качество здесь переходит в количество.

Накопление сокровищ в руках многих лиц следует мыслить, как накопление их в руках значительной части членов общества, в конечном счете, в руках всех товаропроизводителей. Однако высокий уровень накопления сокровищ предполагает, как выяснено выше, что деньги действуют и как платежное средство. Количество, таким образом, переходит в качество.

Понятие о деньгах, как платежном средстве, также не исчерпывается понятием о совершении в кредит отдельной сделки. Если деньги понимаются, как действительно играющие в обществе товаропроизводителей роль платежного средства, то тем самым предполагается, что они играют эту роль неоднократно во многих сделках. Однако известный количественный уровень развития деятельности денег, как платежного средства, означает, как показано» выше, и выполнение деньгами роли мировых денег. Если переход к понятию мировых денег и был скрыт под количественным различием многократного выполнения деньгами роли платежного средства от однократного выполнения ими этой роли, если качество переходило в количество, то теперь количество снова переходит в качество.

Понятие о деньгах, как мировых деньгах, предполагает, что товаропроизводители находятся не в одинаково благоприятных условиях. Эти различия имеют форму чисто количественных различий: более или менее благоприятных условий, хотя из понятия об этих различиях и вытекает понятие о разделении общества товаропроизводителей на два качественно различных класса: наемных рабочих и капиталистов. Качество переходит здесь в количество.

Развитие этих количественных различий до известного высокого уровня (а такое развитие вытекает из понятия о деньгах, как мировых деньгах) означает расчленение общества товаропроизводителей на два класса, наемных рабочих и капиталистов. Количество, таким образом, снова переходит в качество.

Различные формы денег качественно отличаются друг от друга. Однако все эти формы при всех своих качественных различиях укладываются в общую форму понятия о простом денежном обращении. Одни из форм денег означают более высокое» другие менее высокое развитие этого понятия. Различие между более высоким и менее высоким уровнем развития есть количественные различия. Таким образом, качественные различия между отдельными формами денег получают значение лишь количественных различий. Качество переходит в количество.

На известном уровне развитий понятие о простом денежном обращении переходит, однако, в понятие о капитале. Количество переходит в качество.

Новое качество общественных отношений находит себе, однако, выражение в том, что деньги становятся капиталом, т. е. ценностью, которая, оставаясь неизменной по качеству, возрастает количественно.

Качественное различие между буржуазией и пролетариатом находит себе выражение в том, что созданная в производстве новая ценность распадается на две одинаковые по качеству, могущие быть различными лишь по своим размерам части: возмещение заработной платы и прибавочную ценность. Качество, таким образом, переходит в количество.

Первоначальной формой понятия о капиталистическом производстве является понятие о производстве абсолютной прибавочной ценности.

Если производство абсолютной прибавочной ценности понимать как ту форму, кокою обладает все общественное производство, то тем самым предполагается, что этой формой обладает не только производство одного какого-либо предприятия, но многих.

Различие между производством одного товаропроизводителя и производством многих товаропроизводителей—чисто количественное различие. Однако, если эти многие товаропроизводители суть все товаропроизводители, то из понятия о столь развитом обществе товаропроизводителей, как видно из предыдущей главы, вытекает понятие о производстве относительной прибавочной ценности.

Количество, таким образом, переходит в качество, обнаруживая тем самым, что и количественное различие между производством абсолютной прибавочной ценности в одном и во многих предприятиях было лишь перешедшим в количество качественным различием.

Подобным же образом обстоит дело и с различными видами производства относительной прибавочной ценности.

Новое качество, которым производство относительной прибавочной ценности отличается от производства абсолютной прибавочной ценности, заключается прежде всего в том, что производство относительной прибавочной ценности предполагает сотрудничество многих рабочих, а не труд одного рабочего. Иными словами, различие между производством абсолютной и относительной прибавочной ценности есть количественное различие. Однако это количественное различие в числе рабочих означает, что в материальном производстве действуют новые, по самому существу своему общественные производительные силы, качественно отличные от тех, какие могут быть применены отдельным рабочим. Количество, таким образом, переходит в качество. Однако качественно иной характер этих общественных производительных сил обнаруживается лишь в том, что при условии их применения производство прежнего количества потребительных ценностей, требует затраты меньшего количества труда, чем при условии их единоличного производства. Качество, таким образом, переходит в количество.

Первоначальная форма понятия о сотрудничестве есть понятие о простом сотрудничестве.

Простое сотрудничество в его развитой форме нельзя мыслить, как сотрудничество немногих лиц. Сотрудничество немногих лиц не обнаруживает всех присущих совместному труду людей особенностей! Эти особенности обнаруживают себя в полной мере лишь при совместном труде многих лиц.

Различие между совместным трудом немногих лиц и совместным трудом множества людей есть непосредственно количественное различие. Однако, если размеры сотрудничества мыслить достаточно большими, то окажется, что это—сотрудничество людей, между которыми труд может быть разделен и (поскольку капиталист стремится к использованию всех особенностей нанятой им рабочей силы) необходимо бывает разделен на отдельные простые движения. Понятие о простом сотрудничестве переходит, таким образом, в понятие о разделении труда. Это—новая, качественно иная форма сотрудничества. Количество, таким образом, переходит в качество.

Чем больших размеров достигает простое сотрудничество, тем в большей мере скрываются в нем условия для применения разделения труда. Таким образом, в количественных различиях между простым сотрудничеством немногих лиц и простым сотрудничеством многих людей уже скрывается качественное различие между простым сотрудничеством и разделением труда, но до известных пределов эти качественные различия сохраняют форму чисто количественных различий. Качество переходит в количество.

Понятие о разделении труда также не следует мыслить как разделение труда между немногими сотрудниками. Разделение труда между немногими людьми не дает возможности обнаружить все силы, присущие разделению труда; труд между немногими людьми не может быть разделен на действительно простые части. Разделение труда может быть проведено с тем большей чистотою и полнотою, чем больше (правда, до известных пределов) число сотрудников, чем на большее число более простых действий может быть разделен труд.

Различие между большими или меньшими размерами разделения труда есть непосредственно чисто количественное различие, хотя чем большими мыслятся размеры разделения труда, тем больше условий для применения машин предполагается в данном производстве; таким образом, различие между разделением труда среди немногих лиц и разделением труда среди многих сотрудников по существу—качественное различие, однако, качество здесь .до известных пределов переходит в количество.

Если разделение труда мыслить в достаточно больших размерах; если процесс труда понимать, как процесс труда, разложенный на достаточно большое количество простых действий, тогда необходимо представлять себе, что эти действия переданы машине, но не осуществляются непосредственно рукой человека. Различие между ручным (мануфактурным) разделением труда и машинным производством есть качественное различие. Количество таким образом переходит в качество.

Само новое качество нового производства заключается, однако, именно в том, что все качественно различные виды труда становятся безразличными. Машинное производство стирает качественные различия между различными видами труда, превращая всякий труд лишь в затрату известного количества труда вообще, лишенного всяких качеств абстрактного труда.

Переход количества в качество заключается, таким образом, в том, что качество переходит в количество.

Все виды понятия о капиталистическом обществе, в котором капиталист эксплоатирует в производстве как единоличные, так и общественные производительные силы рабочих, т.е. все виды понятия о производстве абсолютной и относительной прибавочной ценности основаны на понятии о покупке капиталистом рабочей силы. Капиталист, уплачивая рабочему ценность его рабочей силы, заставляет на этом основании рабочего расходовать свою рабочую силу по указанию капиталиста.

При том относительно высоком уровне развития производительной силы общественного труда, какая предполагается налицо при капиталистическом производстве, расходование рабочим всей его рабочей силы означает затрату большего количества труда, чем необходимо для воспроизводства ценности его рабочей силы. Ценность рабочей силы определяется ценностью средств существования, необходимых для воспроизводства всего класса рабочих в размерах, потребных для всего класса капиталистов.

Однако покупку рабочей силы нельзя понимать, как покупку ее всем классом капиталистов, как одним целым, у всего- класса рабочих, как единого целого. Каждый отдельный капиталист уплачивает каждому отдельному рабочему за его рабочую силу отдельно и в среднем столько, сколько на долю данного рабочего приходится, если рассматривать его рабочую силу лишь, как известную долю средней общественной рабочей силы.

Различие между покупкой рабочей силы всего рабочего класса всем классом капиталистов и покупкой рабочей силы отдельного рабочего отдельным капиталистом есть непосредственно чисто количественное различие.

Далее, оплату отдельным капиталистом рабочей силы одного отдельного рабочего нельзя понимать, как оплату одним капиталистом сразу всей рабочей силы данного рабочего.

Покупку рабочей силы следует мыслить, как покупку ее отдельным капиталистом на известный срок, по окончании которого сделка между данным капиталистом и данным рабочим может быть и не возобновлена. На следующий срок рабочая сила данного рабочего может быть куплена другим капиталистом или остаться вовсе не проданной.

Каждый отдельный капиталист оплачивает не всю ценность силы рабочего в течение всей жизни последнего, но лишь часть этой ценности. Он оплачивает рабочую силу лишь постольку, поскольку рабочий работает у него.

Далее, поскольку один рабочий производит больше, а другой меньше потребительных ценностей в течение одного и того же рабочего времени, постольку одно и то же рабочее время одного из них означает затрату больше чем одной средней рабочей силы, а другого—меньше. Соответственно с этим и рабочая сила одного рабочего оплачивается, например, как две средних рабочих силы, другого—как 1/2 средней общественной рабочей силы, и т. д.

Таким образом не только оказывается, что рабочему платят за его рабочую силу лишь тогда, когда он работает, но он получает больше или меньше в зависимости от того, сколько он сработает.

Разница между оплатой рабочей силы отдельного рабочего сразу и оплатой ее по частям есть чисто количественная разница, точно так же как и разница между одной средней общественной рабочей силой и двумя или половиной их рабочих сил. Однако покупка рабочей силы рабочего по частям, в особенности в связи с оплатой ее в зависимости от того, насколько данная рабочая сила обладает качествами средней рабочей силы, означает превращение ценности рабочей силы в качественно иную, новую форму, в форму заработной платы. Количество переходит в качество.

Тем самым обнаруживается, что и переход от понятия об оплате рабочей силы всего рабочего класса всем классом капиталистов к понятию об оплате рабочей силы отдельного рабочего отдельным капиталистом уже заключает в себе переход к понятию о заработной плате, т. е. имеет качественное значение. Качество в этом случае, однако, переходит в количество.

Простое повторение капиталистического процесса производства .лишь количественно отличается от однократного процесса производства. Хотя понятие о повторении производства вообще и содержит уже, в себе переход к понятию о воспроизводстве, т. е. имеет значение качественного различия, однако, не всякое повторение процесса производства уже означает воспроизводство. Если повторение производства не носит постоянного характера, то нельзя говорить о воспроизводстве, в действительном смысле этого понятия. Можно говорить лишь о большем или меньшем количестве процессов производства. Качество, таким образом, переходит здесь в количество.

О воспроизводстве можно говорить лишь в том случае, если предполагается, что процесс производства всякий раз порождает свое повторение. Различие между повторением производства всякий раз и его многократным повторением (или же его повторением в немногочисленных отдельных случаях) есть непосредственно чисто количественное различие. Однако понятие о воспроизводстве есть понятие с качественно иным содержанием, чем понятие о производстве. Количество здесь, таким образом, переходит в качество.

Само новое качество, однако, заключается ни в чем другом, как в количественном повторении процесса производства. Качество, таким образом, переходит в количество.

Повторяется ли процесс производства, скажем, пять раз или он повторяется десять раз,—это не меняет качественного характера воспроизводства. Различие между повторением пяти или десяти кругооборотов есть чисто количественное различие. Однако в течение каждого кругооборота накопляется известное количество прибавочной ценности. Если воспроизводство понимается, как повторение процесса производства достаточное количество раз, го в производстве предполагается накопление такого количества прибавочной ценности, что она применяется в качестве добавочного капитала. Повторное применение первоначального капитала и применение в производстве накопленной прибавочной ценности,—вещи качественно различные.

Таким образом, количество здесь переходит в качество. Тем самым обнаруживается, что и предшествующее простое воспроизводство капитала необходимо понимать не просто, как количественное повторение производства, но, как переход к применению, в качестве нового капитала накопленной прибавочной ценности. Повторение процессов производства в прежнем размере имело, таким образом, по существу, качественный характер. Однако, это качество непрерывно переходило в количество.

Далее, разница между применением в качестве капитала в повторном процессе производства одной Лишь накопленной прибавочной ценности, скажем, суммы в 1 000 руб. при первоначальном капитале в 10000 руб. и применением какой-либо суммы большей, чем 1000 руб., есть чисто количественная разница. Однако, когда разница между суммой в 1 000 руб. и действительно применяемой в повторном процессе производства в качестве капитала суммой превысит 9 000 руб., т. е. если вновь применяемая в качестве капитала сумма превысит 10000 руб., то воспроизводство получит качественно новую форму расширенного воспроизводства. Тем самым обнаруживается, что количественное -увеличение применяемого при повторном производстве капитала имеет в существе качественное значение. Качество, однако, до известного предела переходит в количество, а затем количество переходит в качество.

Различие между более быстрым или менее быстрым расширением производства есть непосредственно чисто количественное различие. Однако, если степень расширения производства мыслится достаточно высокой, то рост капитала нужно мыслить не просто, как аккумуляцию капитала, но и как его централизацию. Ускорение расширения капитала имеет, таким образом, в своем существе качественное значение. Качество, однако, до поры до’времени пе реходит здесь в количество и лишь на известном уровне количество переходит в качество.

Вое эти качественно отличные друг от друга формы процесса производства капитала подходят, однако, под одно общее понятие. Все это—различные особые формы производства капитала. Одна особая форма отличается от другой лишь тем, что одна знаменует более высокую, а другая—менее высокую степень развития понятия о производстве капитала. Иначе говоря, отличие одной формы от другой приобретает только количественное значение. Качество переходит, таким образом, в количество.

Однако на известной ступени развития понятие о производстве капитала переходит в понятие об обращении капитала. Количество переходит в качество.

В самом деле, если воспроизводство капитала и означает лишь количественное повторение процесса производства в том же или в количественно увеличенном размере, то все же переход от одного процесса производства к другому, повторному, нельзя мыслить иначе, как при посредстве процесса обращения.

Тем самым возрастание капитала получит форму его возрастания в обращении.

Повторение кругооборота обращения капитала есть непосредственно лишь количественное увеличение числа кругооборотов. Однако, если повторение числа кругооборотов происходит в таком количестве, что возобновление кругооборота нельзя уже рассматривать как случайное дело, то понятие об обращении капитала переходит в понятие об обороте капитала.

Это—качественно новая форма понятия о капитале. В самом деле, если капитал понимать, как находящийся в непрерывном обороте, то для капитала оказывается безразличным, на какой ступени кругооборота находится та или другая часть капитала: находится ли она непосредственно в производстве или непосредственно в обращении и на какой именно ступени процесса производства или обращения. Это безразличное—с точки зрения возрастания капитала—отношение к производству и обращению является новым качеством капитала, которого не обнаруживалось на более низких ступенях развития понятия о капитале. Обнаружение этого качества есть результат того, что капитал понимается, как капитал, разделенный на части, одинаковые по качеству, но одновременно находящиеся на разных ступенях кругооборота. Качество отдельных частей капитала можно мыслить одинаковым вследствие количественного повторения кругооборотов каждой отдельной части. Тем самым обнаруживается, что понятие о количественном увеличении числа кругооборотов капитала заключает в себе переход к понятию об обороте капитала, т. е. имеет качественное значение. Качество, однако, до известных пределов переходит в количество, и лишь при том условии, если повторение кругооборота наступает всякий раз по окончании предыдущего кругооборота, количество переходит в качество, и возникает понятие об обороте капитала.

Новое качество новой формы понятия о капитале заключается, однако, лишь в том, что все качественные различия между производством и обращением, а тем более между отдельными ступенями производства или обращения стираются. Время производства и время обращения получают одинаковую форму безразличных частей оборота, как единого целого. Это—части оборота, которые, если и отличаются одна от другой, то лишь тем, что одни из них занимают большее количество времени, другие—меньшее.

Новое качество заключается, таким образом, лишь в том, что качество переходит в количество.

Понятие о чисто количественном соединении оборотов отдельных капиталов друг с другом непосредственно не имеет качественного значения. Однако, если это соединение мыслится, как соединение оборотов всех отдельных капиталов, то понятие об обороте отдельных капиталов превращается в понятие о воспроизводстве всего общественного капитала. Это—новая, качественно иная форма капитала. Характер воспроизводства отдельного капитала непосредственно не определяется материальным характером тех продуктов, в каких этот капитал воплощается непосредственно в результате производства. Если отдельный капитал вложен, например, в производство холста, то это отнюдь не значит, что в дальнейшем этот капитал будет помещен в производство тех вещей, которые можно изготовлять из холста. Продав холст, ткач па вырученные деньги покупает все, что необходимо для дальнейшего производства, совершенно вне зависимости от того, что он продал именно холст, а не пшеницу или железо. Он может на вырученные деньги купить средства производства холста и вновь заняться этим производством, но он может заняться и колбасным делом, купив соответствующие средства производства. Тот факт, что им был произведен именно холст сам по себе, не имеет здесь никакого значения.

Наоборот, воспроизводство всего общественного капитала возможно лишь при том условии, если в закончившемся процессе общественного производства были произведены необходимые для этого потребительные ценности. Так, если ни одна часть общественного капитала не была занята, скажем, в производстве пряжи, то в дальнейшем производство холста становится невозможным.

Таким образом, переход к понятию о воспроизводстве всего общественного капитала есть переход количества в качество.

Тем самым обнаруживается, что и вообще переход от понятия об одном отдельном капитале к понятию о взаимной связи оборотов нескольких капиталов уже содержал в себе переход к понятию с иным качеством, т. е.. имел качественное значение. Однако, качество здесь переходило в количество.

Неоднократное повторение производства в прежнем размере

непосредственно отличается от одного кругооборота всего общественного капитала лишь по количеству кругооборотов. Однако, если мыслить количество повторяющихся друг за другом кругооборотов Достаточно большим, то возникает понятие о превращении общественной прибавочной ценности в добавочный капитал п, далее, понятие о расширенном воспроизводстве всего общественного капитала.

Здесь имеют место те же переходы качества в количество н количества в качество, какие уже имели место при переходе от понятия о простом воспроизводстве отдельного капитала к понятию о расширенном воспроизводстве.

С превращением прибавочной ценности в капитал одна часть ее затрачивается на приобретение средств производства, как постоянный капитал, другая часть—на рабочую силу, как переменный капитал. Безразличные части ценности приобретают вследствие этого различное качество. Одна часть ценности оказывается способной к возрастанию, другая—нет.

Для использования рабочей силы в качестве источника прибавочной ценности недостаточно, однако, одного лишь переменного капитала. Для этого необходимы и другие части капитала: те, которые затрачиваются прежде всего на орудия, затем на сырье, на вспомогательные материалы, на здания и т. д. Поскольку вложение всех этих частей капитала является необходимым условием создания прибавочной ценности, постольку прибавочная ценность представляется продуктом всех этих частей капитала, а не только переменного капитала.

Рассматривать ли, как переменный капитал (т. е. как часть капитала, способную к самовозрастанию) только ту часть, которая затрачивается на рабочую силу, или же также и ту часть, которая затрачивается на орудия и т. д., — разница между одним и другим способом рассмотрения непосредственно имеет форму лишь количественной разницы. Правда, здесь уже заключается переход к отрицанию различий между постоянным и переменным капиталом, однако качество здесь еще переходит в количество.

В конце концов, однако, все части капитала необходимы для создания прибавочной ценности, поэтому все они представляются, как источник прибавочной ценности, как способные к самовозрастанию, т. е.. переменные части капитала. Однако, если весь капитал есть переменный капитал, то тем самым падает различие между переменным и постоянным капиталом. Возникает новая форма понятия о капитале, именно понятие о капитале, как источнике прибыли. Количество переходит в качество.

Однако само это новое качество заключается лишь в том, что столь различные по качеству части капитала, как постоянный и переменный капитал, принимают форму безразличных частей капитала, которые могут отличаться друг от друга лишь по размерам. Качество, таким образом, переходит в количество.

Понятие о капитале, как об источнике прибыли, есть прежде всего и непосредственно понятие об отдельном капитале, как об источнике прибыли.

Однако это понятие не исчерпывается понятием об одном отдельном капитале. Это понятие означает, что не только один, но и многие капиталы приносят прибыль. Разница между одним и многими капиталами, как источниками прибыли, есть лишь количественная разница.

В переходе от понятия об одном отдельном капитале, как источнике прибыли, к понятию о многих капиталах, как источниках прибыли, уже скрывается переход к новой, качественно иной форме понятия о прибыли с отдельного капитала, именно к понятию о ней, как об известной доле прибыли, созданной всем общественным капиталом в целом. Однако, до известного предела качественный характер этого развития ни в чем не обнаруживается. Качество переходит в количество. Однако, когда понятие о капитале, приносящем прибыль, принимает форму понятия о совокупности всех отдельных капиталов, как об общественном капитале, производящем всю общественную прибыль, — тогда количество переходит в качество.

Капиталы различных отраслей производства превращаются в безразличные части всего общественного капитала, получающие прибыль в соответствии лишь со своими размерами. Прибыль превращается в среднюю прибыль. Новое качество заключается, таким образом, лишь в том, что все качественные различия между капиталами различных отраслей производства стираются. Все они становятся если и различными, то лишь по размерам, т. е. лишь количественно различными частями общественного капитала. Качество, таким образом, переходит в количество.

Качественные различия между отдельными капиталами внутри одной и той же отрасли производства находят себе выражение лишь в том, что уровень их прибыли различен. И здесь качество переходит в количество. Однако именно эти количественные различия в прибыли и ведут к уничтожению технически отсталых форм производства, к изменению качественного характера производства. Количество переходит в качество. Это качественное изменение материальных способов производства, в свою очередь, находит себе выражение лишь в количественном изменении нормы прибыли, а именно в ее падении. Так качество снова переходит в количество.

Каждый отдельный капитал, приносящий среднюю прибыль, понимается первоначально, как капитал, одни части которого всегда находятся непосредственно в процессе производства, другие—в процессе обращения. Поэтому и весь общественный капитал надо рассматривать, как такой капитал, одна часть которого, состоящая в свою очередь из чуждых друг другу частей различных независимых друг от друга капиталов, постоянно занята в производстве, другая подобная же часть—в обращении.

Понятие о соединении вместе отдельных частей разных капиталов, занятых в производстве, и отделение их от тех частей соответствующих капиталов, которые заняты в обращении, есть непосредственно лишь количественное разделение и сложение частей отдельных капиталов.

Если речь идет о соединении и разделении, имеющем место во .многих случаях, то в нем уже содержится переход к качественно новому понятию о капитале, именно к понятию о разделении капитала на торговый и промышленный капитал. Однако до известных пределов качество здесь переходит в количество. Лишь при том условии, если количество случаев разделения и соединения соответствующих частей отдельных капиталов мыслить настолько большим, что отделение капитала, занятого в обращении, от капитала, занятого в производстве, оказывается правилом, а не более или менее распространенным исключением—лишь при этом условии количество переходит в качество. Понятие о капитале получает форму понятия об отдельном существовании торгового и промышленного капитала и о разделении прибыли на торговую и промышленную прибыль.

Если раньше каждый отдельный капитал понимался, как капитал, обладающий всеми свойствами, присущими — капиталу на всех особых ступенях его кругооборота, т. е. как самостоятельный капитал, то теперь капитал приходится понимать, как капитал, обладающий либо однрм, либо другим особым свойством, присущим капиталу на той или другой ступени его кругооборота. Поэтому теперь каждый особый капитал необходимо мыслить как капитал, который бессилен осуществить свой особый кругооборот без посредства другого дополняющего его капитала: промышленный—без торгового, а торговый—без промышленного.

Однако новое качество капитала находит себе выражение лишь в том, что столь качественно различные области деятельности, как производство и обращение, становятся безразлично одинаковыми, как области для вложения капитала. Капитал одинаково возрастает, вне зависимости от того, вложен ли он в производство или в торговлю. Каждый капитал возрастает лишь в зависимости от своей величины. Качество таким образом переходит в количество.

Далее, понятие о разделении между денежным капиталом, с одной стороны, и торговым и промышленным—с другой, а также о разделении прибыли на две части, из которых одна присваивается денежным, а другая-промышленным и торговым капиталом,— есть непосредственно лишь количественное разделение капитала и прибыли.

Если это разделение мыслить, как имеющее место не в одном отдельном, но во многих случаях, то здесь по существу уже будет содержаться переход к новому, качественно иному понятию о капитале. Однако до известного предела качественный характер этого перехода не обнаружится. Качество переходит в количество. Лишь при том условии, если число случаев отделения денежного капитала от торгового и промышленного мыслится столь большим, что это отделение оказывается правилом,— лишь при этом условии количество переходит в качество. Денежный капитал получает форму капитала, приносящего проценты и самовозрастающего, вне зависимости от осуществления им той или другой деятельности, присущей капиталу в кругообороте производства и обращения.

Доля прибыли, присваиваемая этим капиталом, приобретает форму процента, прироста ценности, происходящего из самого факта существования капитала, а не из деятельности последнего.

Однако оба качественно различных вида капитала: предпринимательский капитал (торговый или промышленный) и капитал, приносящий проценты, равно как и две качественно различных части прибыли—предпринимательская прибыль и процент—получают одинаковую форму. Это—лишь известные суммы ценности, которые могут различаться только своими размерами. Мало того, сам предпринимательский доход, как показано выше, может быть представлен как процент на фиктивный капитал, а предпринимательский капитал—как фиктивный капитал иного размера. Так, если при норме процента в 5% предпринимательская прибыль с капитала, вложенного в производство, равна, например, 15%, то капитал, равный 1 000 руб. и вложенный в производство, будет иметь значение капитала в 3 000 руб., отданного в ссуду под проценты. Предпринимательская прибыль с этого капитала, равная 150 руб., составит 5% от фиктивного капитала в 3 000 руб., т. е. будет иметь форму процента.

Все виды капитала получают, таким образом, безразличную форму капитала, приносящего проценты. Если один капитал и может в этом случае отличаться от другого, то не своим качеством, но лишь по размерам, т. е. количественно. Качество, таким образом, переходит в количество.

Развитие понятия о части прибавочной ценности, обособленной в форме земельной ренты, первоначально также имеет форму лишь понятия о количественном разделении общественной прибыли. Затем, однако, количество переходит в качество. Одна часть общественной прибыли имеет форму дохода с капитала: прибыли в собственном смысле, другая—форму дохода от земли, земельной ренты. Однако эти качественные различия не находят себе никакого проявления ни в свойствах самой земельной ренты, ни в свойствах процента или предпринимательской прибыли. Все это—лишь известные суммы ценности, которые могут отличаться одна от другой лишь по своим размерам, а не по своим свойствам. Качество снова переходит в количество.

Развитие понятия о заработной плате, о предпринимательской промышленной или торговой прибыли, затем о проценте и, наконец, о земельной ренте было непосредственно развитием понятия о количественном расчленении новой ценности, создаваемой рабочим в производстве, на доли, присваиваемые различными общественными классами в качестве их доходов. Возникновение каждого нового понятия (заработная плата, прибыль, отделение промышленной прибыли от торговой, понятие об обособлении процента) непосредственно имело только значение понятия о новом количественном расчленении новой ценности. На этих этапах развития еще не возникало понятия о капиталистической цене, как сумме доходов, хотя и создавались условия для перехода к этому понятию. Развитие, таким образом, и на этих этапах имело качественный характер, однако качество здесь переходило в количество. Лишь в результате развития понятия о земельной ренте количество переходит в качество. Возникает понятие о капиталистической цене товара, как сумме доходов различных классов.

Различия между классами, т. е. качественные различия, находят себе, однако, выражение в цене товара лишь в форме получения отдельными членами общества известной доли созданной в производстве ценности. Все эти доли одинаковы по своему качеству и могут отличаться одна от другой лишь по размерам, г. е. количественно. Качество, таким образом, переходит в количество.

Понятие об обществе, разделенном на классы, предполагает выполнение его членами ряда действий, непосредственно не входящих в кругооборот материального производства. Пока такое отделение участников нематериальной деятельности от материального производства не мыслится постоянным явлением, до тех пор это отделение имеет значение лишь количественного соединения и разъединения отдельных проявлений единой деятельности общества. Хотя понятие о таком отделении и содержит уже в себе переход к новому, качественно иному понятию о капиталистическом обществе, а именно переход к понятию о государстве, и других надстройках над экономической основой общества,— однако до известных пределов качество переходит в количество.

Лишь при том условии, если отделение нематериальной деятельности от материального производства мыслится правилом для капиталистического общества, количество переходит в качество. Понятие о капиталистическом обществе получает форму понятия об обществе, в котором осуществление всего кругооборота его материального производства обеспечивается при посредстве деятельности государства и других надстроек над экономической основой общества.

Однако это новое качество находит себе выражение в цене товара лишь в форме нового количественного расчленения цены; в форме обособления в этой цене части, оплачивающей существование государства и всех вообще непроизводительных классов общества. Качество, таким образом, переходит в количество.

Понятие о капиталистическом обществе, как о национальном организме, в своем развитии переходит в понятие о многих таких организмах, существующих рядом друг с другом и находящихся во внешнем взаимодействии. До тех пор, пока множество таких организмов еще не мыслится, как совокупность всех взаимодействующих организмов, различие между многими и одним организмом остается чисто количественным различием. Если в переходе к понятию о многих организмах и содержится переход к понятию о мировом рынке, т. е. качественный переход, то все же до известных пределов качество переходит в количество.

Лишь понимание многих взаимодействующих национальных организмов, как связи их всех, означает переход количества в качество, переход к понятию о мировом рынке.

Это новое качество, однако, находит себе выражение в цене товаров лишь в форме уравнения цен при посредстве мировой конкуренции по среднему для мирового рынка уровню. Качество снова переходит в количество.

Образование цен на мировом — рынке означает, что всякий раз по истечении известного количества времени создаются такие количественные уровни цен, которые препятствуют дальнейшему воспроизводству в капиталистической форме, ибо не обеспечивают капиталистам прибыли, достаточной для того, чтобы приложение капиталов в производстве было выгодным и в дальнейшем. Понятие о развитии капиталистического производства в условиях указанного выше падения нормы прибыли приобретает форму развития при посредстве кризисов.

Неоднократное повторение кругооборотов развития, всякий раз заканчивающихся новым кризисом больших размеров и более разрушительным, чем предыдущий, означает, что капиталистическая форма производства становится все менее совместима с дальнейшим развитием материального производства. Это значит, что каждый новый кругооборот подъема и кризиса следует понимать, как созревание внутри капиталистического общества новых общественных форм, совершенно иного качества: форм коммунистического производства.

Однако это качественное преобразование капиталистического производства находит себе внешнее выражение лишь в виде количественных изменений: в виде повторения прежних по качеству кругооборотов, однако в расширенных размерах, и завершающихся каждый раз более опустошительным кризисом. Качество, таким образом, переходит в количество.

Лишь на известном уровне этого развития, по истечении достаточного количества кругооборотов подъема, процветания, кризиса и застоя, когда на арене борьбы останутся, в качестве решающих сил, лишь столь производительные предприятия, что средняя норма прибыли окажется слишком низкою для того, чтобы дальнейшая аккумуляция капитала была выгодна, лишь тогда дальнейшее расширение воспроизводства общественного капитала становится невозможным: кризис оказывается безвыходным. Разрешение противоречия можно найти лишь в уничтожении самой его основы; капиталистического способа производства. Количество здесь переходит в качество. Дальнейшее воспроизводство осуществляется в социалистической форме.

Социалистическое производство, как уже было упомянуто, качественно отличается от всех форм товарного производства. Основным качеством всех форм товарного производства было то, что все качественно различные отношения между людьми принимали форму количественных отношений между безразличными одинаковыми по качеству суммами ценности.

Переход от понятия об общественном производстве вообще к понятию о товарном производстве означал переход качества в количество.

Развитие понятия о товарном производстве было развитием перехода качества в количество. Каждая новая, более развитая форма понятия о товарном производстве означает превращение в количество новой области качественных отношений.

Наконец, на известном уровне этого развития количество снова переходит в качество. Возникает понятие о коммунистическом производстве, основным качеством которого является то, что все качественные отношения снова получают соответствующую им форму качественных отношений.